Skip to main content

Кто боится сворачивания программы покупки облигаций?

forex-project-syndicate-13032014.gif

Постепенный отказ ФРС от так называемого количественного ослабления – неограниченной закупки долгосрочных активов – вызывает опасения у финансовых рынков и политиков, при этом возможен отток капитала из развивающихся экономик и обвал цен на активы. Но учитывая, что в большинстве крупных экономик существует режим гибкого валютного курса, эти опасения в целом не обоснованы. Логика, лежащая в основе опасений по поводу сворачивания программы количественного ослабления, проста. Нетрадиционная монетарная политика в Соединенных Штатах – и в других развитых странах, в частности в Великобритании и Японии – привела к снижению внутренних процентных ставок, при этом наводнив ликвидностью международные финансовые рынки. В поиске более высокой доходности инвесторы направляли эту ликвидность - в основном в виде краткосрочного спекулятивного капитала («горячие» деньги) – на развивающиеся рынки, способствуя росту их обменных курсов и усиливая риск образования пузырей из активов.

Следовательно, отказ ФРС от количественного ослабления сопровождался бы обратным движением капитала, что привело бы к увеличению стоимости заемных средств и помешало бы росту ВВП.

Конечно, согласно этой логике, не все развивающиеся рынки одинаково уязвимы. Среди наиболее незащищенных стран - Турция, ЮАР, Бразилия, Индия и Индонезия (так называемая «хрупкая пятерка»), которые помимо неустойчивого роста ВВП имеют фискальный дефицит, дефицит текущего счета и высокую инфляцию. Логика была бы правильной, если бы в мире был установлен режим фиксированного валютного курса, когда правительства привязывали бы официальные валютные курсы к валюте другой страны или к стоимости золота.

В таких условиях сокращение денежной массы (или замедление ее расширения) оказывало бы рецессионное (или менее стимулирующее) воздействие на другие экономики. Однако при наличии гибких валютных курсов сокращение денежной массы в крупной экономике стимулировало бы другие экономики в краткосрочной перспективе, тогда как расширение этой массы снизило бы их производительность. (Конечно, в среднесрочной или долгосрочной перспективе расширение денежной массы может способствовать увеличению внутреннего производства и торговли, приводя к появлению положительных побочных эффектов).

После краха Lehman Brothers в 2008 г. быстрое увеличение денежной массы в США и Великобритании спровоцировало резкий рост стоимости японской иены, а также валют некоторых развивающихся рынков. Словом, опасений заслуживает количественное ослабление, а не его отмена. Несомненно, изменение политики ФРС может навредить странам с фиксированными – или, как Китай, «регулируемыми плавающими» - валютными курсами. Также могут пострадать более слабые экономики Еврозоны, такие как Греция и Испания, которые предпочли бы получить больше кредитно-денежных стимулов, чем рассчитывают их более конкурентоспособные европейские партнеры.

Однако учитывая, что эти экономики выбрали фиксированный валютный курс, не стоит винить в их спаде ФРС. По существу также нельзя винить ФРС – и центральные банки других развитых стран – за негативные последствия увеличения денежной массы. Например, сильная либерализация монетарной системы в Японии стала основным элементом стратегии премьер-министра Синдзо Абэ по подъему японской экономики после более чем десятилетней рецессии – и это привело к значительному восстановлению.

Проблема в том, что такая политика также вызвала обесценивание иены, в результате чего соседние страны обвинили Японию в применении политики «разорения соседа». Также чиновники из развивающихся стран предупреждали, что увеличение денежной массы в США и Великобритании спровоцирует девальвацию конкурентных валют. При этом министр финансов Бразилии Гидо Мантега даже обвинил ФРС и Банк Англии в ведении настоящей «валютной войны». Но хотя такая политика, направленная на стимулирование роста, и правда может оказывать рецессионное воздействие на другие экономики, современная теория международных финансов показывает, что концепция «валютной войны» - это миф.

На самом деле при гибком валютном курсе конкурентная девальвация не приводит к нежелательным дисбалансам. Напротив, она может способствовать восстановлению участвующих в этом экономик. По существу девальвация валюты стала решающим фактором в окончании Великой депрессии. Как показали в 1948 г. Барри Эйхенгрин и Джеффри Сакс, хотя отказ от золотого стандарта имел непосредственные негативные последствия, он способствовал быстрому восстановлению, при этом страны, которые первыми девальвировали свои валюты, вышли из депрессии раньше, чем остальные.

Дело в том, что при гибком валютном курсе страна может компенсировать рецессионные последствия либерализации монетарной политики в соседней стране, используя собственную независимую монетарную политику с тщательно определенными целевыми уровнями инфляции. Если все страны применят данный подход, от этого выиграет вся мировая экономика. Стараясь оживить внутреннюю экономику, ФРС, подобно другим центральным банкам развитых стран, просто выполняет свои обязательства. Вместо того чтобы жаловаться на ее действия, политики развивающихся стран должны разработать стратегии для устранения побочных эффектов в собственных экономиках. В конце концов, у них есть для этого средства.

Коичи Хамада
Подготовлено Forexpf.ru по материалам Project Syndicate