Skip to main content

Почему Сорос решил проводить меньше времени со своими деньгами

forex-soros.gif

В 1973 году Джордж Сорос арендовал для своего четырехлетнего хеджевого фонда новый офис на Манхэттене возле Центрального парка. В то время он и подобные ему фонды были одинокими стрелками современного капитализма. Одной лишь интуиции недостаточно, чтобы совершать рискованные действия: фонды жили – и умирали – стремительно. Теперь все изменилось. За последние четыре десятка лет фонд Сороса вырос с четырех миллионов до 25 миллиардов долларов. Тем не менее, он превратился в великого старца развивающейся индустрии, которая больше не нуждается в одиноких стрелках. Хеджевые фонды становятся менее рискованными. И на первый взгляд кажется, будто в ответе за это новый шериф – Комиссия по ценным бумагам и биржам США.

На этой неделе инвесторам фонда Сороса Quantum сообщили о том, что им вернут деньги, чтобы фонд смог обойти новые правила, введенные в прошлом году законом Додда-Франка. Инвестиции исключительно со стороны семьи Сороса – сумма примерно в 750 миллионов долларов – позволят фонду уклониться от соблюдения новых правил.

Не в первый раз фондовый гигант вышел из игры, будто испытывая отвращение к новым правилам. Стэн Дрюнкенмиллер, в прошлом правая рука Сороса, закрыл свой фонд спустя несколько недель после принятия закона Додда-Франка. Он обвинил во всем напряженное состояние, однако, в ретроспективе, заметна странная закономерность – в частности, аналогичным образом этой весной поступил скупщик акций Карл Икан. Тем не менее, Комиссии не следует трубить победу. Более глубокая тенденция идет гораздо дальше единого решения Сороса и Дрюкенмиллера выйти из игры. Они сделали популярной модель индустрии хеджевых фондов, способную использовать миллиарды, подчиняясь внезапному порыву. И все же, она становится пережитком прошлого.

Эту модель усовершенствовали в 1990-х, после атаки на британский фунт и такой же доходный, но менее известный тайский бат. Сорос и Дрюкенмиллер заработали для своего фонда почти один миллиард долларов в «Черную среду» 1992 года, когда провели кампанию, обвалившую фунта. Нечто подобное они совершили и с тайским батом во время ближневосточного азиатского кризиса в 1997. Так возник образ спекулянта – всемогущего хозяина Вселенной, способного по собственному усмотрению снижать стоимость ценных бумаг.

В наше время все изменилось. Бесспорно, у Сороса все еще достаточно денег и возможностей, чтобы стать инициатором краха (или исправить рыночные аномалии, это зависит от вашей точки зрения). Объективно же, ни у одного политика нет сил сражаться с триллионами долларов, вращающимися на международном валютном рынке. Даже совместная интервенция Стран Большой Семерки по иене в марте этого года смогла ослабить валюту лишь на 34 дня. И все же силы отдельных спекулянтов, таких как Сорос, весьма ограничены. Хеджевые макро-фонды, такие как Quantum, способные играть на чем угодно – от валют до банковских акций или золота, теперь гораздо менее влиятельны.

В 1990-х они контролировали почти половину активов индустрии; теперь в их распоряжении – меньше четверти, что уже является значительным восстановлением с минимума 2000 года. Тогда лопнул пузырь интернет-компаний, что стало началом конца эры Сороса. Потери в акциях интернет-компаний побудили его отделиться от Дрюкенмиллера, ограничить рискованные действия фонда и отойти от дел. Он также перестал атаковать ослабленные государственные бумаги. Нравственные сомнения привели его к потере более одного миллиарда долларов, чему скорее способствовали бедствующие Индонезия и Россия, чем стремление уничтожить противника. Казалось, он предпочел роль умудренного сединами государственного деятеля.

Возможно, дни смелых глобальных решений остались позади, но хеджевые фонды продолжали формировать финансовый мир 2000 года, выделяя средства на различные проекты – от московских торговых центров до бразильских ферм. И все же, когда случился крах, большая часть фондов не смогла извлечь из него выгоду и была вынуждена выйти из бизнеса. Кризис вынудил Сороса вмешаться и снова взять на себя управление Quantum. Но в отличие от «Черной среды» или девальвации бата, в этот раз он присоединился, а не возглавил нападение.

После кризиса хеджевые фонды – в частности Paulson & Co – заработали десятки миллиардов долларов. Но даже это не вернуло им прежнюю власть; мировые рынки слишком сильно выросли. В самом деле, ни одно другое событие не иллюстрирует новую ограниченную роль этих некогда могущественных титанов более явно, чем вялотекущий крах зоны евро. Он мог бы стать подарком для одиноких стрелков.

Тем не менее, едва ли кто заметил потенциальную проблему достаточно рано, чтобы на ней обогатиться. Напротив, мольбы крупнейших представителей индустрии, озабоченных возможным политическим фиаско, оказались напрасными из-за постоянных колебаний валюты. Таким образом, в этом году целый ряд макро-фондов потерял деньги. Современные фонды функционируют иначе, поскольку их интересы отличаются. В 1998 году их основную клиентуру составляли богатые люди. Теперь, большая часть клиентов состоит из учреждений-вкладчиков, таких как пенсионный фонд. Они заинтересованы в стабильных выплатах, а не эффектной прибыли, которой достигал Сорос в дни былой славы.

Некоторые учреждения не хотят инвестировать в двойную группу на западе Центрального парка. Они стремятся увидеть элементы управления, линии связи и независимый контроль. Им не нужны политические трудности или локальные ставки, в которых преуспел Сорос. Хеджевые фонды становятся общедоступными, им сложнее оставаться независимыми. В конце концов, у некоторых отцов-основателей слишком много денег, чтобы стремиться покорять рынок каждый день. Бартон Биггс, который впервые встретил Сороса в 1960-х и теперь занимается собственным хеджевым фондом, подчеркивает, что «Сорос всегда хотел стать философом, а Дрюкенмиллер – лучше играть в гольф». Согласно одному из исследований, Сорос сделал для своих клиентов больше чем любой другой управляющий хеджевого фонда. В отличие от большинства миллиардеров он собирается уйти в отставку, чтобы проводить меньше времени с собственными деньгами.

Джеймс Макинтош
Подготовлено Forexpf.ru по материалам The Financial Times.